Боевой некромант - фермер. Том 4 - Григорий Володин

Кладбище обнаружилось рядышком, за низкой каменной оградой, которую местами уже почти полностью скрыл разросшийся ползучий плющ. За ней тянулись неровные ряды заросших могил, торчали покосившиеся от времени надгробия и темнели зевами старые семейные склепы.

Чуть в стороне, на небольшом возвышении, стояла каменная часовня.

Ещё издали я почувствовал исходящую оттуда светлую, священную энергию. Не обычный слабый фон освящённой земли, который со временем впитывается и остаётся возле старых храмов и усыпальниц, а вполне живую, пульсирующую, собранную в человеческом теле силу.

Занятно.

В часовне явно находился одаренный маг Света. Может, инквизитор на отдыхе. Может, обычный священник, которому при рукоположении повезло получить какой-нибудь редкий дар. Только совершенно непонятно, почему обладающий реальной магией служитель церкви торчит ночью на захолустном загородном кладбище. Обычно таких ценных кадров начальство старается пристроить к богатому столичному приходу, знатному роду или, на худой конец, к боевому отряду охотников на нечисть.

Впрочем, не моё дело. У духовенства свои причуды.

Я пришёл сюда вовсе не для знакомства с местными священнослужителями.

Убедившись, что меня не видно со стороны часовни, я остановился между двумя старыми, поросшими мхом надгробиями и позволил своей некротической энергии мягко растечься по земле. Холодные, послушные нити силы скользнули между корнями деревьев, проникли глубоко в могилы и быстро нащупали там подходящие, относительно целые останки.

Десяток.

Для начала, чтобы устроить на ферме герцога веселую жизнь, вполне хватит.

Я мысленно, коротким усилием воли, потянул их к себе.

Земля на ближайшей ко мне могиле глухо вздрогнула. Из рыхлой, влажной почвы показались почерневшие узловатые пальцы. Затем наружу медленно, со скрипом, полезла высохшая голова покойника.

Обычно дикие мертвяки низшего ранга выбираются из своих могил очень долго, мучительно и неуклюже. Пока такой рядовой Бродяга прокопается сквозь два метра слежавшейся земли, можно успеть плотно пообедать, вздремнуть часок-другой и написать длинную обстоятельную жалобу на возмутительную медлительность кладбищенского персонала.

Поэтому мелочиться и тратить время я не стал.

Сразу влил по каналу связи в каждого из десятка достаточное количество свободных морт из своего резерва, мгновенно поднимая их базовую структуру до ранга Матёрых.

Под землёй тут же что-то тяжело и мощно задвигалось.

Один из покойников яростным рывком пробил сгнившую крышку гроба и начал буквально разбрасывать землю вокруг себя широкими гребками. Второй играючи выдавил плечом тяжелую надгробную плиту, отбросив её в сторону как пушинку. Третий выбрался наружу целиком в один прыжок, по-собачьи отряхнул с лысой головы комья почвы и послушно замер, ожидая дальнейших приказов.

Вот теперь другое дело.

Я уже собирался направить своих новых работников к выходу, когда внезапно ощутил странное движение энергии.

Сначала под ногами прошла едва заметная, гудящая дрожь. Затем из самой глубины кладбища, из-под старых склепов, поднялась мощная, удушливая волна чужой некромантии.

Не моей.

Энергия смерти забурлила под землёй так, будто огромный чугунный котёл поставили на максимальный огонь. Старые могилы начали одна за другой тревожно вспыхивать в моём магическом зрении. Из глубины потянулись густые, спутанные потоки чьей-то древней ауры.

— Вот это уже интересно, — пробормотал я, кладя руку на рукоять меча.

Похоже, моя влитая сила послужила эдаким катализатором. Я лишь слегка потревожил местный некротический фон, собирая десяток зомби, а случайно разбудил нечто куда более крупное и злое.

Дверь каменной часовни с грохотом распахнулась, ударившись о стену.

На улицу выскочил невысокий пожилой священник в длинной серой рясе. В одной руке он судорожно сжимал посох, а в другой — круглый металлический артефакт с прозрачным кристаллом в центре.

Кристалл-анализатор сиял так ярко и тревожно, что его красный свет был бы отлично виден даже ясным днём, не говоря уже о ночи.

Священник в панике посмотрел на надрывающийся артефакт, затем перевел взгляд на мелко дрожащую землю, а после уставился ошалевшими глазами прямо на меня.

Десяток свежих Матёрых мертвецов, наполовину выбравшихся из могил, по моему мысленному приказу мгновенно застыли словно статуи, и в густой тени деревьев их было совершенно не разглядеть. Священник их не заметил.

Но вот показания его прибора явно зашкаливали.