Германский солдат Эрнст Гребер получает короткий отпуск с Восточного фронта. Он едет в разрушенный бомбёжками родной город — искать родителей, которых давно не видел. Война уже не та, что раньше: немцы отступают, кругом хаос, люди живут в подвалах среди
Ребёнок рождается беспомощным. Ему нужен кто-то, кто будет его держать, кормить, защищать — иначе не выжить. Этот кто-то — его взрослый. Мать, отец, бабушка. Неважно. Главное — чтобы был. Малыш плачет — его берут на руки. Тянется — ему улыбаются в ответ.
Она не собиралась влюбляться. Просто хотела тепла, внимания — того, чего ей всегда не хватало. Он был женат, но это казалось неважным: в его глазах она читала то же одиночество. Их встречи стали кислородом. Она — **Алиса**, он — **Марк**. Гостиничные номера,
Главный герой — Дмитрий Хара, бывший спецназовец, выброшенный системой на обочину. Он живёт в полуразрушенной хрущёвке, топит печь книгами и почти не говорит. Всё изменится в одну ночь, когда он спасёт девушку — Лену — от бандитов. Она не просто случайная
Трое друзей — Робби, Отто и Готтфрид — живут в послевоенной Германии. Они держат маленькую автомастерскую, пьют, смеются, пытаются забыть войну. Но она всё ещё в них: в шрамах, в ночных кошмарах, в пустоте. Робби встречает Патрицию — хрупкую, светлую девушку
Хейзел больна. Рак щитовидки с метастазами в лёгких — она живёт с кислородным баллоном и знает, что время её ограничено. На группе поддержки для онкобольных она встречает Огастуса. Он в ремиссии, но хромает — потерял ногу из-за остеосаркомы. Они говорят о
Фрэнсис Уэйлен находит среди бумаг покойного деда странные записи — обряды, кошмары, имя *Ктулху*. Он копает глубже. В Новом Орлеане инспектор Леграсс расследует культ, поклоняющийся древнему идолу. Очевидцы шепчут о видениях: город под водой, чудовище,
Артём снова в метро. Он искал правду на поверхности, но вернулся — с пустыми руками и сломанной надеждой. Теперь он знает: радиосигналы из других городов — ложь. Власть держится на обмане. Его жена Анна пропала. Полковник Мельников, старый друг, твердит:
Мудрец Заратустра спускается с гор после десяти лет уединения. Ему нужно отдать людям своё знание — как угли, ещё горячие. Он говорит о сверхчеловеке, о том, что человек — это мост, а не цель. Но толпа смеётся или не понимает. Он идёт дальше, встречает разных
Юлиан Мэнтл — успешный адвокат, работающий на износ. Деньги, власть, дорогие машины — всё это было, но не приносило счастья. Однажды в суде у него случается сердечный приступ. Он выживает, но понимает: так больше нельзя. Он бросает карьеру, продаёт своё
Алекс — молодой, жестокий, умный. Он и его банда *друзей* творят хаос по ночам: избивают, грабят, насилуют. Насилие для них — игра, музыка, почти искусство. Они говорят на странном сленге, смеются над страхом жертв. Потом его ловят. Тюрьма, потом эксперимент
Человеческий разум — это две системы в постоянном диалоге. Одна быстрая, интуитивная, почти автоматическая: она мгновенно распознаёт опасность, читает эмоции, принимает решения без усилий. Другая — медленная, вдумчивая, но ленивая: она включается, когда нужно
Он — Якуб, она — Магда. Он в Варшаве, она в Париже. Знакомятся в сети, случайно. Переписка становится воздухом, без которого задыхаются. Пишут о прошлом, о боли, о страхах. Он — врач, прячется за иронией. Она — художница, живёт с травмой. Между ними экраны,
Молодой домовой по имени Степан ведёт дневник. Он живёт в старом питерском доме, наблюдает за людьми, пытается понять их — но сам остаётся невидимкой. Хозяева — семья с ребёнком — даже не подозревают о нём. Степану скучно. Он чинит вещи, пугает кота, иногда