Свену не хватает самого простого: штанов. И памяти. И оружия. А ещё понимания, зачем богиня Мэйра выдернула его из привычной жизни и забросила в Эдем, мир без солнца. Днём он студент архитектурного, по ночам выходит на сцену стриптиз-клуба под прозвищем
Кира Русова пишет городское фэнтези с осенним Петербургом и ведьминской магией. Героиня, второкурсница Лиза Бубликова, происходит из древней династии колдуний, но это скорее осложняет жизнь. Заколдованное выходит из-под контроля постоянно, а тут ещё зачёты,
Графская дочь из высшего света совершает ошибку, которая ломает ей жизнь: брак с обаятельным мужчиной оборачивается унижением и рухнувшими надеждами. Вместо обещанного счастья она оказывается заперта в ловушке, и выхода, кажется, нет. Но привычный мир вдруг
Герой получает каботажник шестой серии по прозвищу «Пеликан», латаный в сорока местах. Первая категория закрыта графой «поручители», которых у него нет, так что остаётся обходной путь: отходить стажировку без единой зацепки, чтобы через три года пройти
Михаилу Звездному тринадцать, и он наследник древнего рода Защитников Планет. Живет с дедом и старым слугой, а император давно положил глаз на последнее, что у рода осталось. Только Михаил не так прост, как кажется со стороны: он помнит сотню прошлых жизней и
Герой просыпается в чужом мире, где магия стала обыденностью, а родной Питер сменился на Грозов. Волшебная Лавка, живая и с характером, сама выбрала его хозяином, потому что больше было некому. Он не в обиде: в прошлой жизни у него всё равно ничего не
Джон Голд продолжает историю Маркуса, и к девятому тому тот подходит уже не беглецом с окраины, а псиоником с деньгами и планами. Тайна южного берега Дуата осталась позади, впереди цивилизованные уголки Титова-Три, куда герой и собирается двинуться. Но чем
Письма в СССР читали не только адресаты. За конвертами стояла отдельная служба, и бывший военный цензор, а потом негласный сотрудник МГБ, рассказывает о ней изнутри. Автор разбирает узкий, но показательный сюжет: как работала цензура почтовой корреспонденции,
Японский криминалист Фумия Итихаси разбирает дело Цутому Миядзаки, получившего прозвище Человек-крыса. Автор участвовал в поимке преступника лично, поэтому смотрит на историю не со стороны. Миядзаки вырос с врождённым уродством, терпел травлю в школе и жил в
Вот описание: Герой соглашается на эксперимент, который нельзя отменить. Его сознание переносят из двадцать второго века в СССР конца семидесятых, и он приходит в себя в чужом теле. Тело оказывается почти разрушено болезнями, денег нет, пути назад тоже. Он
Злата узнаёт, что муж ей изменяет, и не от постороннего человека, а от того, кто ведёт её дело в Архиве. Он давно к ней неравнодушен, каждый день заходит к ней как на службу, а теперь кладёт на стол папку с фотографиями и распечатками. Чужие руки держат её
Бывший бог кровавого воздаяния приходит в себя в теле умирающего юноши. Мир вокруг другой: магия, Российская империя, сабли и файерболы. Теперь он наследник знатного, но обедневшего рода, и дела у семьи плохи. Отец в опале, империя клонится к упадку, вокруг
Денис Стародубцев продолжает историю рокера, который после смерти на сцене очнулся в теле забитого школьника. Второй том начинается с того же места: парень играет в переходах со старой гитарой, а дома его ждут мать, увязшая в микрозаймах, и сестра, которая не
Вадим Родин снова влипает в истории, где привычные вещи работают совсем не так, как ожидаешь. Он смотритель маяка, но заботы у него не только про лампу и шторм: то промчит барышню из девятнадцатого века по нашей дороге со скоростью за сотню, то задумается,
Даша заселяется в комнату, оставшуюся от пропавшей подруги, и первым делом замечает, как здесь тихо и как чужие вещи пахнут чужой жизнью. Галя исчезла месяц назад. Полиция уверена, что девушка просто решила начать всё заново, но Даша так не думает и приезжает
Пять лет паралича, затем каменный век и тело двенадцатилетнего мальчишки. Взрослый мужик, капитан МЧС и врач, приходит в себя среди людей, которые едва сводят концы с концами. Племя на грани вымирания, охотников почти нет: полуслепой шаман да неуклюжий