Александр Дубравин застрял в деревне с титулом помещика, проклятием некроманта и долгом перед церковью. Чтобы вернуться в Петербург, ему нужны связи и деньги, а есть пока чертёж деревенского кузнеца и осиротевшая барышня, которую надо пристроить к родне. Он
Герой влипает по полной: хотел помочь, а получил нож под ребро. И это только начало. Дальше его заносит в чужой мир, где всё устроено иначе, хотя чем-то и напоминает родной. Как он тут оказался и за что с ним так обошлись, никто не объясняет. Вместо ответов
Аляска на горизонте, и Стах Темнорецкий уже предвкушает спокойную прогулку по тамошним лесам в компании золотоискателей и проходимцев. Лесной эльф, попаданец, арнель Болотных Ялин, он прибывает в Америку с твёрдым намерением держаться подальше от
Очнуться в чужом теле двадцатилетним сыном умершего заводчика, когда из дома уже выносят вещи за долги, это неприятное начало. А герой не просто растерянный наследник: в прошлой жизни он был оружейным конструктором, и теперь ему досталась разорённая
Врач из мира магии приходит в себя в теле коллеги в современном Казахстане, слегка не таком, как мы привыкли. Вместе с телом ему достаётся и весь набор способностей обычного человека его родного мира, а с ними и вопрос, как всё это работает здесь. Привычные
Сергей Серёгин давно решил, что с войной покончено. Он знает цену приказам и наградам, знает, как выглядит возвращение домой, когда за плечами остаётся слишком многое. Но война умеет находить тех, кто от неё отвернулся, и находится она сама. Спокойная жизнь,
Война катится к финалу, но привычной истории здесь не будет. Попаданец из нашего времени уже вмешался в ход событий, и результат оказался совсем не таким, как в учебниках: Красная армия теряет куда меньше людей, Вермахт сыплется быстрее, а союзники безнадёжно
Хирург и микробиолог Вадим неожиданно оказывается в Петербурге 1904 года, в теле медицинского секретаря при богатом враче-мошеннике. Вокруг газовые фонари во дворах-колодцах, конки и первые автомобили, роскошь рядом с грязью. Медицина здесь держится на
Николай Александрович наконец решается на главное дело своей жизни, и это уже не шутки. А рассказчик тем временем пытается удержаться на ногах: перегрузка давит, поводья выскользнули из рук и улетели под копыта. Старая имперская телега несётся по косогору, и
Пуля киллера обрывает жизнь обычного делового человека, а он открывает глаза в 1827 году. Тело чужое, но молодое, титул графский, а вот имение разорено вконец. Вместо привычного офиса с бумагами теперь покосившийся дом и долги. Герой не паникует: в прошлой
Петр Воронов вертится между придворными интригами и семейными дрязгами, а тут еще сборы в опасный поход на ту сторону зоны, через загадочный Прокол. Долг, амбиции, безопасность близких: все это приходится удерживать в равновесии, и любая ошибка бьет по своим.
Андрей три года собирал в гараже полуторку для музея. Ему под пятьдесят, за плечами служба и ралли-рейды, старое железо он знает до последнего винта. Под машину без упоров не лезут, он сам орал об этом на молодых, а тут полез. На пять минут. Домкрат сорвался.
Лекарь обжился в новом теле, разбогател, завёл семью. А вокруг девяностые, и опыт прошлой жизни подсказывает, где подстелить соломки. Он помогает бедным и больным, сколько хватает сил и денег. Со старыми привычками борется с бандитами, но без фанатизма.
Врач умирает после операции, спасая чужую жизнь, и очнуться ему доводится в теле молодого дворянина в Петербурге 1805 года. Зовут его теперь Михаил Салтыков, и наследство досталось сомнительное: долги, испорченная репутация и медицина, отстающая от его знаний
Газовые фонари в дворах-колодцах, конки и первые автомобили, а Вадим, хирург и микробиолог, идёт по этой грязи в теле медицинского секретаря. Занесло его в Петербург 1904 года, и хозяин у него тот ещё: богатый врач-мошенник, на котором держится вся местная
Касьян Иванович снова берётся за старое: он пытается остановить нашествие Орды. И с первых шагов загоняет себя в мышеловку. Выбраться из неё будет непросто. Вокруг степь, чужие отряды и свои ошибки, которые бьют больнее вражеских сабель. Герой мечется, ищет