Эва Перон успела прожить две жизни: сначала как актриса и модель, пробивавшаяся наверх в бедной Аргентине, потом как первая леди, которую обожали и ненавидели с одинаковой силой. Томас Элой Мартинес берёт её историю и подаёт через гущу политических интриг и
Элизабет фон Арним написала лёгкую прозу о четырёх непохожих англичанках, которые сбегают от лондонской слякоти на итальянскую Ривьеру. Героини оказываются на средневековой вилле, и каждая надеется найти там то, чего ей не хватает: кто-то ищет покой, кто-то
Анастейша Стил думала, что самые страшные тайны Кристиана Грея уже раскрыты. Но прошлое не отпускает его: бывшая возлюбленная даёт о себе знать, а вместе с ней всплывают новые тени из жизни, которую он так тщательно скрывал. Героине приходится решать, готова
Зона. Не та, где игра, а та, где колючая проволока, вышки и свой, особый порядок вещей. Здесь каждый день - борьба, и не только за место под нарами. Герои этого романа - заключённые, у каждого за плечами своя история, приведшая за решётку. Внутри лагеря свои
Диктатура давит на всё живое, и молодые люди в Чили чувствуют это на себе. Герои романа пытаются вырваться из-под гнёта, сохранить себя и не сломаться. Их путешествие - не побег, а поиск опоры внутри себя, когда вокруг хаос и насилие. Каждый из них
В снежную метель окна старого дома начинают дребезжать, но дело не в ветре. Коля чувствует: за белой пеленой таится что-то недоброе, что-то, что угрожает их спокойной жизни. Вместе с братом Мишей он решает выяснить, что именно скрывается снаружи в эту тёмную
Обычный школьный учитель живёт размеренной жизнью в небольшом городке. Его дом - не просто стены, а место, где он привык заботиться о близких и решать чужие проблемы. Но однажды привычный уклад даёт трещину: в жизнь героя врывается нечто, что ломает его
В Ленинграде кончилась еда. Девочка Лена, которую дома зовут Лёлькой, живёт с родителями в промёрзшей квартире, и привычный мир схлопнулся до размера хлебной карточки. Каждый день теперь - это проверка на прочность: как растянуть пайку, как не замёрзнуть по
Россия девяностых: приватизация, медиа-войны, политические скандалы. Два человека, которые были внутри этих событий, а не смотрели по телевизору, сели и начали говорить. Альфред Кох, бывший вице-премьер, и журналист Игорь Свинаренко. В книге нет сухой
Виктор Астафьев написал книгу о мальчике, который растёт в сибирской деревне. Время: с тридцатых до девяностых годов прошлого века. Герой сталкивается с голодом, войной и потерями, но в центре повествования остаются люди, которые его окружают. Бабушка, дед,
Отставной штабс-капитан Григорий Москепанов - филэллин, то есть друг греков, и это не просто слово. В девяностые годы XIX века он отправляется в опасное путешествие, чтобы помочь греческим повстанцам в их борьбе против Османской империи. Его путь лежит через
Герой получает предложение, от которого невозможно отмахнуться: продать душу в обмен на власть над женщиной, которую он давно и безнадёжно желает. Сделка запускает путешествие сквозь время и пространство, где ему приходится раз за разом выбирать между
Герой теряет не просто старые вещи, а целый кусок жизни, который в них заперт. В эмиграции у него остаётся только потрёпанный чемодан с восемью предметами. Каждая вещь - от финского костюма до креповых носков - вытаскивает из памяти целую историю, абсурдную,
Геолог возвращается домой после трёх месяцев в поле. В машине он прокручивает в голове знакомый маршрут, смотрит на придорожные пейзажи, которые раньше не замечал. Он едет к жене и уже через полчаса слышит её голос. В этот момент привычная тоска по дому
Алеся Казанцева пишет прозу, которая выросла из её же блога в LiveJournal и многолетней работы режиссёром-документалистом. В центре сборника - люди, которые застряли между чужими ожиданиями и собственным ощущением, что жизнь идёт не туда. Герои мечутся между
Бель перед каждым летом ждёт одного: поехать в пляжный домик Сюзанны, к её сыновьям Джереми и Конраду. Там шум волн, запах моря, каяки и вечера в кресле Adirondack. Но в этом году всё иначе. Она вдруг замечает, как братья смотрят на неё, и сама перестаёт